Кожаные плавки? Да ладно!

Нет, я всё-таки расскажу 🙂
Без суждений и осуждений. Просто наблюдение: для раскрытия «Укрощения строптивой» во МХАТе поверх кафтанов и прочей одежды — чёрные кожаные плавки; для раскрытия «Короля Лир» — Константин Райкин, бегающий по сцене без штанов. Помню, что странно поставили «Двенадцатую ночь» где-то на Маяковке, когда в театре осталась только я, на девятом месяце беременности (потому что в театр непонятно когда попасть смогу), да мой муж (опасно оставлять женщину на сносях одну в театре, вдруг родит, или обидится и скажет: «всё кончено, ребёнок не твой, я ухожу, не провожай»).

В постановках пьес Уильяма Шекспира очень часто используются не классические приёмы. Наверное, чтобы зритель понял, что хотел сказать автор своим потомкам. Потому что автор жил давно и есть у режиссёра опасения, что зритель не сможет полностью постичь глубину спектакля. Надо помочь осознанию и расставить акценты. Например, на мужской сексуальности: нет, ну правда, невозможно смотреть актерам в лица. Особенно с шестого ряда партера, снизу — вверх. А если выключить звук, кажется что это начало стриптиза (ага, только недавно сетовала, что никогда не была на стриптизе).

Теперь, собственно, история. Осень — время театра. И мы пошли, с Машей и Генчем во МХАТ им.Горького. Выбрали месяц назад спектакль: «Люти». Идём по бульвару Тверскому, а там такая красота: огоньки стекают с веток, все деревья в лампочках, на бульваре выставка потрясающих подводных фотографий! В театре очередь в кассу стоит, людно так при входе, все работники театра улыбаются и помочь хотят. Как в сказке.

И пошли мы в лучших традициях посещения театра в буфет. Кофе с коньяком, шоколад с апельсинами, ммм… Третий звонок. Пора. Приходим в зал, садимся. Выключается свет и начинается действо. Минут пять нам понадобилось, чтобы совместить проносившиеся файлы в голове:
— это не «Люти»…
— что это?..
— трусы из кожи?.. Тут я подзависла несколько…
— это «Укрощение строптивой»! В театре две сцены! Мы не на той! Едрит твою за ногу!

Ну и ладно, решили мы. Ну и пусть будет «Укрощение строптивой» с актёрами кожаных трусах. Зато какой заключительный монолог Катарины:
«…Гнев губит красоту твою, как холод —
Луга зеленые; уносит славу,
Как ветер почки. Никогда, нигде
И никому твой гнев не будет мил.
Ведь в раздраженье женщина подобна
Источнику, когда он взбаламучен,
И чистоты лишен, и красоты;
Не выпьет путник из него ни капли,
Как ни был бы он жаждою томим.
Муж — повелитель твой, защитник, жизнь,
Глава твоя. В заботах о тебе
Он трудится на суше и на море,
Не спит ночами в шторм, выносит стужу,
Пока ты дома нежишься в тепле,
Опасностей не зная и лишений.
А от тебя он хочет лишь любви,
Приветливого взгляда, послушанья —
Ничтожной платы за его труды.
Как подданный обязан государю,
Так женщина — супругу своему.
Когда ж она строптива, зла, упряма
И не покорна честной воле мужа,
Ну чем она не дерзостный мятежник,
Предатель властелина своего?
За вашу глупость женскую мне стыдно!
Вы там войну ведете, где должны,
Склонив колена, умолять о мире;
И властвовать хотите вы надменно
Там, где должны прислуживать смиренно.
Не для того ль так нежны мы и слабы,
Не приспособлены к невзгодам жизни,
Чтоб с нашим телом мысли и деянья
Сливались в гармоничном сочетанье»…

2 thoughts on “Кожаные плавки? Да ладно!”

  1. В надцать надцать надцатом году, на премьере Гамлета в театре на Таганке, я был убит Гамлетом (В. Высоцкий) одетым в чёрное тренировочное трико, в каких мы ходили на физкультуру в школе. Образ настолько не совпадал с моим представлением, что все реплики мне казались не Шекспировскими, а нарочито осовремененными, полным новоделом. Придя домой я тут же достал книгу, дабы убедиться в своей правоте, но… всё было в точности по тексту. Может что-то в этом есть — осовременить пьесу не нарушая авторского текста? 😉

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *